пятница, 20 января 2012 г.

История репрессированного священника села Писцово протоиерея Геннадия Крутикова

   Священник Геннадий Ианнуариевич Крутиков родился в 1873 году в селе Турань Костромской губернии Варнавинского уезда (ныне Ветлужский район Нижегородской области) в семье дьячка. В 1893 году он окончил Костромскую Духовную Семинарию, 22 августа того же года сочетался браком с дочерью священника с. Писцова Нерехтского уезда Костромской губернии Анной Александровной Богоявленской и посвящен во иерея к храму Святой Троицы в этом селе.
     У Геннадия Ианнуариевича и Анны Александровны родилось четверо детей: сыновья Николай и Александр, и дочери Вера и Елена. В Писцове семья жила на улице Большая Зарека, напротив храма Воскресения Христова. Улица состояла из нескольких домов, принадлежавших священникам.
     В архивных данных 1905 года о. Геннадий упоминается как законоучитель Писцовского женского одноклассного училища имени Володи Павлова, открытого 22 ноября 1894 года. Училище было устроено местным фабрикантом Петром Александровичем Павловым в память умершего сына.
     В 1913 году селом проезжал император Николай II с семейством. Поездка была посвящена 300-летию дома Романовых. Воз­ле церкви Святой Троицы проходил молебен, который совершал настоятель храма о. Геннадий Крутиков. Потом процессия двинулась в сторону Костромы.
     В 1919 году умер последний из старейших священников с. Писцова – протоиерей Алексей Победимский. В селе остались два священника: протоиерей Геннадий Крутиков и о. Иоанн Смирницкий (в 1903 году рукоположен во диакона, в 1918-м – во иерея), который служил в Воскресенской церкви. В 1921 году отец Геннадий совершал в Казанской церкви чин отпевания епископа Костромского и Галичского Евгения. По этому поводу в с. Писцове собрались четырнадцать священнослужителей из окрестных сел.
     В связи с требованием советского правительства религиозные общины повсеместно должны были пройти перерегистрацию и заключить договор на владение церковными зданиями и имуществом. В 1923 году о. Геннадий и о. Иоанн Смирницкий образовали Писцовскую религиозную общину (156 человек из 6-ти населенных пунктов), церковно-приходской совет (50 человек), разработали Устав религиозной общины, составили список служителей культа под председательством протоиерея Геннадия Крутикова и анкеты членов приходского совета, составили опись имущества четырех храмов и пяти часовен с. Писцова. Священники полагали, что таким образом можно будет сохранить храмы, церковное имущество и сами приходы. Заключение договора удалось осуществить только 27 февраля 1926 года, и все церкви были переданы Писцовскому религиозному обществу.
     Но в июне 1927 года Волисполком получил циркуляр НКВД: «...Уадмотдел (Уездный административный отдел) разъясняет, что всему по нашему уезду молитвенными зданиями пользуются по договорам религиозные группы, но не религиозные общества, коих в уезде не имеется. В дальнейшем это положение и должно оставаться. ...Разница между религиозным обществом заключается, главным образом, в том, что религиозная группа существует без всякого устава на основании лишь одного заключенного с ней договора и поэтому обладает меньшими правами, чем религиозное общество, которое действует по особому уставу, со всеми правами предусмотренными этим уставом: проводит богослужения во всех четырех храмах села, проводит молебны и крестные ходы, собрания членов религиозной общины для решения хозяйственных вопросов о сохранности имущества храмов и часовен, а также по решению исполкомов о закрытии часовен".
    В 1929-30-х годах в селе началась коллективизация и раскулачивание тех, кто своим кропотливым трудом нажил благосостояние и славился благотворительностью. В селе было 20 лавок-магазинов, где торговали потомственные купцы. Из них вышли фабриканты Рыскины и Павловы, которые являлись попечителями и старостами Писцовских храмов. Раскулаченных торговцев – нагих и босых – выгоняли из собственных домов целыми семьями и сгоняли в сад фабриканта Павлова. Милиция не подпускала к ним никого, даже маленьких детей к своим родителям. Машин не было, и их увозили на телегах. Всё, что отбирали у раскулаченных, - обувь, одежду, посуду и прочее имущество, - свозили в райисполком, и потом в лабазе продавали за гроши. Земля, сельхозтехника, скотина, принадлежавшая раскулаченным, – все это стало собственностью вновь организованного колхоза «12-й Октябрь».
     В январе 1930 года священников о. Геннадия и о. Иоанна лишили имущественных и избирательных прав, выгнали из собственных домов. 15 января в 22 часа в дом о. Геннадия пришел уполномоченный с ордером на обыск и арест имущества. Была сделана подробная опись имущества, вплоть до банки варения. Затем священника письменно уведомили, что имущество передается ему на хранение, он отвечает за его сохранность, но не имеет права пользоваться им. Таким образом, в ночь на 16 января 1930 года о. Геннадий и его семья были выселены из собственного дома раздетыми и разутыми, т.к. валенки, тулупы, платки и шапки были внесены в опись, и ими нельзя было воспользоваться. На следующий день обыск произвели в Троицкой церкви, и у о. Геннадия изъяли медальон - больше ничего не нашлось, так как все отобрали накануне.
     После того, как о. Геннадия выселили из его дома, он с семьей проживал на квартире у Павла Кутьина возле церкви Рождества Богородицы. Жилось батюшке нелегко: не было никаких средств к существованию, на требы его не приглашали - боялись властей. Но, не смотря на все трудности, он продолжал служить, ходил с крестными ходами; до самого ареста поддерживал сохранность храмов, часовен и их имущества.
     О. Геннадий Крутиков был священником "тихоновской" ориентации, являясь противником обновленчества, что послужило поводом для составления на него доносов. Он был арестован 3 февраля 1930 года Шуйским окружным отделом ОГПУ по Ивановской промышленной области по обвинению в том, что "будучи враждебно настроен к Советской власти, входил в состав подпольной группы, имевшей своей целью ослабление Советского Союза и существующего политического строя, проводившей антисоветскую агитацию по срыву мероприятий соввласти и коллективизации".  На допросе 9 февраля о. Геннадий виновным себя не признал: "Виновным себя в предъявленном мне обвинении не признаю, ни с кем никакой связи не имел, кроме как с прихожанами. Дополнить ничего не могу".
     20 февраля о. Геннадий был осужден постановлением тройки при ПП ОГПУ по ст.ст 58-10, 58-11 УК РСФСР к десяти годам лишения свободы. Одновременно с ним был арестован и осужден к расстрелу о. Иоанн Смирницкий. Известно, что на 4 июля 1930 года о. Геннадий находился в лагере УСЕВЛОН ОГПУ при ст. Пинюг Пермской железной дороги. Дальнейшая судьба о. Геннадия Крутикова неизвестна.
     После ареста священников один за другим были закрыты все четыре храма. Обновленческий священник собрал в Писцове  религиозную общину и собрание проголосовало за закрытие храмов Святой Троицы и Рождества Богородицы. Все церковное имущество свезли в амбар, а иконы жгли в топках ткацкой фабрики... Позже храмы использовали под нужды новой власти: МТС, зернохранилище, склады.
     Заключением прокурора Ивановской области от 13 апреля 1989 года Крутиков Геннадий Ианнуариевич реабилитирован на основании ст. 1 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 16 января 1989 года.

1. Электронная база Православного Свято-Тихоновского Университета.
2. Священнослужители села Писцова. Абакумова З. В.