пятница, 10 сентября 2010 г.

Монахиня Евстолия (Егорова). Иваново-Вознесенская епархия и ее святые

     Иваново-Вознесенская епархия сравнительно молода. Дата ее основания до сих пор точно не установлена. Пережитые Русской Церковью в ХХ столетии потрясения и гонения оставили значительные пробелы и в ее истории. Из сохранившихся документов Канцелярии Патриарха Тихона явствует лишь то, что до 1920 г. епархии еще не существовало [1]. В I томе неизданных рукописных материалов по истории русской иерархии, собранных М. Е. Губониным, упоминается о создании Иваново-Вознесенского викариатства Владимирской епархии в 1921 г., и лишь в 1946 г. при архиепископе Кирилле (Поспелове) – о самостоятельной Ивановской епархии. По другим сведениям [2], с 3 июля 1920 г. епископ Иерофей (Померанцев) уже был назначен управляющим Иваново-Вознесенской епархией.
     Смена правителей и государственного строя, изменения в административно-территориальном делении, экономическое и культурное развитие края — это лишь внешние вехи его истории. Внутреннее же осмысление и нетленный плод своей истории русское православное самосознание всегда видело в подвигах святых: "Якоже плод красный Твоего спасительного сéяния, земля Российская приносит Ти, Господи, вся святыя, в той просиявшыя…" [3].
     Промыслом Божиим, Коего верующие или неверующие правители суть только орудия, Иваново-Вознесенская губерния, а впоследствии и епархия была образована на территории Владимирских и Костромских земель и, вместе с древней культурой, напитанной духом благочестия, восприняла и любовь к святым, прославившим этот край своими подвигами и чудесами.
     Память прп. Макария Унженского и Желтоводского издревле благоговейно чтилась не только простым народом, но и благочестивыми русскими царями. Двенадцатилетним отроком приняв пострижение в Печерском нижегородском монастыре, прп. Макарий через несколько лет удалился оттуда в поисках уединения и поселился в пустынном месте на р. Лух, где основал первую свою обитель (до наших дней она не сохранилась). Переходя по обширным лесам от одной пустыни в другую, преподобный основал в разное время монастыри: близ слободы Решмы, близ г. Свияжска, на озере, называемом Желтые воды и, наконец, на р. Унже. Кротость преподобного старца покорила даже сердца диких татар, и они отпустили вместе с ним более 40 человек пленных.
     Прп. Тихон, пришедший из Литовской земли с князем Феодором Бельским, избрал местом иноческих подвигов те же глухие леса на р. Лух, где за три-четыре десятилетия до него пустынножительствовал прп. Макарий. Еще в начале ХХ века около деревни Городок недалеко от Тихоно-Лухского Никольского монастыря местом благоговейного поклонения была необычная часовня в лесу: в ствол ветвистой сосны был врезан поставец с иконами прпп. Тихона Лухского и Макария Унженского. Народное предание гласило, что в сем месте встретились два отшельника и беседовали между собою. Но в памяти народной в этом случае слились во едино два события последовательные, а не одновременные. Тот и другой угодник Божий были несомненно в этом месте, но в разное время [4]. Вместе с прп. Тихоном уже в XVI в. были почитаемы Церковью его ученики и сподвижники прпп. отцы Фаддей и Герасим Лухские [5].
     Прп. Иоаким, инок и затворник Николо-Шартомской обители, в рукописных святцах XVII в. упоминается вторым в числе шести учеников прп. Иринарха Ростовского, отличавшихся строгостью жизни. Придя в Николо-Шартомский монастырь после разорения его поляками, литовцами и русскими мятежниками, он проводил жизнь в затворе в подвигах поста и молитвы и в трудах иконописания. Написанные им иконы получали от Господа силу чудотворения. За обличение недостойной жизни суздальского архиепископа Иосифа Киевлянина Иоаким был сослан им в Соловецкий монастырь, но впоследствии, получив свободу, возвратился в Суздальскую область, где и почил [6].
     Еще один подвижник XVII в. блаженный Киприан, Христа ради юродивый, Суздальский чудотворец, по древним рукописным святцам признавался местночтимым святым. Перед революцией 1917 г. у мощей блаженного в с. Воскресенском-Прозоровских стало совершаться множество исцелений, о чем сохранились рукописные свидетельства [7]. 20 февраля 1938 г. Комиссия по ликвидации мощей, уполномоченная Ивановским облисполкомом, вскрыла надгробие и изъяла мощи блаженного Киприана. Икона с изображением святого и металлическая доска с надписью были переданы Центральному Антирелигиозному музею, а честные останки блаженного препровождены в Ивановский институт судебной медицины, который, в свою очередь, должен был передать их в Москву в упомянутый музей [8]. До сих пор поиски драгоценной святыни не увенчались успехом.
     С именем великого угодника Божия святителя Митрофана Воронежского (в миру Михаила) связаны место его рождения — с. Антилохово Ковровского уезда Владимирской губернии (ныне Ивановская область) [9] и место священнического служения — с. Сидоровское Шуйского уезда на р. Молохте. В сорокалетнем возрасте благочестивый иерей Михаил оставил мир и ушел сначала в Николо-Шартомский монастырь, а затем в Золотниковскую Успенскую пустынь, где и принял постриг с именем Митрофана [10].
     Блаженный Симон, прославивший своей святой жизнью и чудесами с. Елнать и г. Юрьевец-Повольский, причислен к лику святых всероссийским Патриархом Иоакимом в 1635 г. Уже в 1666 г. у гробницы блаженного в Богоявленском монастыре г. Юрьевца совершалась ему особая служба, имелась икона святого и житие с описанием чудес.
     Жития древних святых, их горящая ревность и любовь к Богу, делавшая их безумными для мира, влекущая их в непроходимые дебри и пещеры, даровавшая им дерзновение свидетельствовать об истине пред владыками и царями, могли бы восприниматься потомками как полулегенда, нечто полезное и нравоучительное, но недоступное для подражания. Но мы имеем перед собой сонм новых свидетелей вечной истины Евангельской, наших соотечественников и современников — новомучеников и исповедников, явивших своею жизнью и смертью ту же непобедимую силу любви Христовой.
     Многие из них вступили на путь церковного служения уже в разгар гонений, засвидетельствовав тем самым свой свободный выбор следовать за Христом по крестному пути. Так, священномученик Августин (Беляев), избранный православными общинами г. Иваново-Вознесенска во епископа на место отпавшего в обновленчество еп. Иерофея, принял монашество и тяжелый крест архипастырского служения в 1923 г., вскоре после смерти жены, имея на руках двух малолетних дочерей. На соболезнования близких о выпавших на его долю изгнаниях, испытаниях и скорбях Владыка всегда спокойно и благодушно отвечал: "Что же тут удивительного, это наш путь. Господь об этом предупреждал. А иначе никогда не будешь со Христом" [1].
     Перед будущим святителем и исповедником Василием (Преображенским), блестяще образованным, владевшим несколькими древними и новыми языками, открывались широкие возможности для литературной и педагогической карьеры. Но в 1920 г. он принимает священство и монашество, а в 1921 г. — епископский сан. Вся его жизнь во благовестии Слова Божия, в подвигах поста, бдения и молитвы, исполненная лишений и изгнаний, становится проповедью побеждающей мир Христовой любви [12].
     О. Григорий (Аверин) был рукоположен во священника в 1920 г. Церковь в с. Ильинском, где он служил, не стояла без молитвы. Каждое утро священник-подвижник шел в храм и молился, читал и пел все один. Кроватью ему служили березовые жерди, покрытые тонкой подстилкой, на которую он ложился только под утро. В 1935 г. о. Григорий был сослан в сибирский лагерь на рудник Тимертау. Он не старался тушеваться, быть незаметным. Любовь к Богу и верность Ему удивляли в нем окружающих. Незадолго до смерти он писал из заключения родным: "Обо мне не расстраивайтесь и не беспокойтесь, у меня никого нет, ни жены, ни детей. Не надо бояться. Вы сами все знаете. Вы знаете, куда и к Кому мы идем". 20 сентября 1937 г. священник Григорий Аверин был расстрелян [12].
     Весной 1922 г. трагические события в г. Шуя положили начало массовым репрессиям духовенства и мирян в связи с изъятием церковных ценностей. 15 марта 1922 г. прихожане шуйского Воскресенского собора, в основном женщины и дети, собрались у стен храма, чтобы не допустить святотатства. Милиция и конные красноармейцы разгоняли народ нагайками, теснили лошадьми, но люди не расходились. Кто плакал, кто усердно молился, иные говорили: “Все равно умирать – умрем за Божию Матерь”. По распоряжению начальника гарнизона были присланы еще 40 красноармейцев в полной боевой готовности, привезли пулеметы, и началась стрельба. Убиты были прихожане храма Николай Малков, девица Анастасия, Авксентий Калашников и Сергей Мефодиев. В городе и окрестностях начались массовые аресты. По окончании судебного процесса, которому придавалось большое пропагандистское значение, настоятель Воскресенского собора протоиерей Павел Светозаров, священник с. Палех Иоанн Рождественский и мирянин Петр Языков были приговорены к расстрелу. Стоя перед казнью, священники отказались от предложения суда оговорить себя и тем добиться смягчения приговора. Перед расстрелом они совершили отпевание по себе и мирянине Петре. Память мучеников шуйских совершается 27 апреля / 10 мая [12].
     Храм Архистратига Михаила в с. Михайловском Ивановской области, где покоятся мощи преподобного старца Леонтия (Стасевича), редко бывает пуст. Одна паломническая группа сменяет другую. Молитвы и благодатная помощь старца, как при жизни, так и по смерти, привлекает к нему народ. В 1973 г., через год после кончины о. Леонтия, когда лето было особенно жарким и засушливым, под горой близ могилы старца забил источник.
     За свою 87-летнюю жизнь, всецело посвященную на служение Богу, о. Леонтий пережил много скорбей и гонений. Несколько раз его переводили с одного на другое место служения. Трижды он подвергался аресту. Более 11 лет провел в заключении и лагерях. Но везде, даже в тюрьме, его горячая вера и высокий молитвенный дух пробуждали в душах людей покаяние, вызывали любовь и уважение к старцу. Однажды в Пасхальную ночь охранники, издеваясь над о. Леонтием, привязали его к веревке и с головой опустили в уборную. Потом вытащили и требуют: “Отрекайся от Бога!” – а он им: “Христос воскресе, ребята!” Так повторялось несколько раз, но отречься от Христа о. Леонтия не смогли заставить [13].
     Труднейший и высший путь христианского самоотвержения – подвиг юродства Христа ради – нашел своих последователей и в ХХ веке. Алексей Иванович Ворошин родился и вырос в д. Каурчиха, близ с. Елнать, в местах, освященных молитвами и подвигом блаженного Симона. Уже в юности познав суету мира, он удалился в монастырь. Вернувшись через год в родную деревню, поселился отдельно от родных и 9 лет провел в почти полном уединении, в посте и молитве. В 1928 г. он принял подвиг юродства, ходил зимой и летом в одной и той же одежде, никто не знал, где он ночует. Чистой душой блаженный прозревал будущее и часто под видом чудачеств предсказывал его людям. В мае 1937 г. он был арестован и умер в тюремной больнице после перенесенных истязаний [12]. Честные мощи блаженного Алексия и мощи святителя Василия Кинешемского находятся ныне в Свято-Введенском женском монастыре в г. Иваново.
     Почитая новомучеников, вглядываясь в их жития, стремясь любовью соединиться с ними в молитве и восприять их горящий дух ревности по Боге, мы через них можем соединиться и с древними святыми, и сами стать звеньями непрерывной цепи передачи Богооткровенной истины.
     7 декабря 2000 г. Святейший Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II, отвечая на ходатайство Высокопреосвященнейшего Амвросия, архиепископа Иваново-Вознесенского и Кинешемского, дал благословение совершать празднование Собора Ивановских Святых 7/20 июня ежегодно. 20 июня официально отмечается как день образования Ивановской области. По мысли Архиепископа Амвросия празднование Собора Ивановских Святых именно в этот день будет способствоватть большему духовному единению светской власти области, народа с Церковью, придаст новый духовный смысл светскому празднику.
     Это духовное осмысление и освящение всех сторон народной жизни всегда присутствовало в церковной традиции. Но, не останавливаясь на этом, Церковь открывает ищущим непреходящей Красоты, Премудрости и Правды двери Царствия, к наследию которого вместе со святыми призваны все мы.

Литература и источники
1. РГИА. Ф. 831, оп. 1, д. 1.
2.Федотов А.А. Ивановская епархия РПЦ в 1918-1998 г.г.: внутрицерковная жизнь и взаимоотношения с государством. Иваново, 1999, с. 8.
3. Тропарь всем святым, в земле Российской просиявшим.
4. Илинский П. Луховская Тихонова пустынь Костромской губернии. Кострома, 1903.
5. Толстой М. В. История Русской Церкви. Изд. Спасо-Преображенского Валаамского монастыря, 1991, с. 709; Минея. Май. ч. 3. М., 1987, с. 356-380.
6. Свящ. Миловский Н. Неканонизированые святые г. Шуи. М., 1893.
7. Архим. Зосима (Шевчук). Блаженный Киприан. Материалы к общецерковному прославлению. Иваново, 1999.
8. ГАРФ. Ф. 5263, оп. 1, д. 698, л. 59.
9. Владимирские епархиальные ведомости. 1894, №7.
10. Житие свт. Митрофана, еп. Воронежского. М., Синодальная Типография, 1907.
11. Игумен Дамаскин (Орловский). Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви ХХ столетия. т. 5. Тверь, 2001.
12. Игумен Дамаскин (Орловский). Указ. соч. т.2.
13. Жизнеописание преподобного Леонтия, архимандрита Михайловского, чудотворца. Изд. Св.-Михайло-Архангельского прихода. 2000.
                                                                                                        
                                                                      Монахиня Евстолия (Егорова)