вторник, 12 декабря 2017 г.

Верные сыны России.

      Передо мной лежат старые справки из Читинского Областного суда, скупые сведения об аресте, оперативном суде и расстреле трех бывших офицеров царской армии. Это – родные прадед и деды прихожанки и сотрудницы Введенского монастыря Ольги Борисовны Доропей и её двоюродной сестры, монахини монастыря Филареты (Кун).
     Их прадед, Борис Михайлович Кун, был до революции генералом от инфантерии, дед, Вадим Дмитриевич Солис, был также военным, двоюродный дед, Котляревский Владимир Аполлонович, ко дню расстрела 11 июля 1931 года служил бухгалтером.
Забрали их вместе и расстреляли в одну ночь. Неправедным судом их обвинили по 58 статье уголовного кодекса, пп. 10, 11 за то, что они были православными, дворянами и офицерами. Мало сохранилось в памяти тогда маленьких девочек Оли и Ларисы о их родных: в семье боялись и упоминать о них, только Ольга Борисовна знала, что она – дочь сына «врага народа». Из тюрьмы родные получили небольшое письмо, в котором сообщили, что они осуждены, но от Христа не отреклись.
     После расстрела семьи погибших уехали из Читы, чтобы сохранить свою жизнь, ведь жен «врагов народа» обычно репрессировали, а их детей отправляли в детские дома. Дед Ольги Борисовны успел написать из тюрьмы своей молодой жене Нине Борисовне: «Ниночка, бери детей и беги». После расстрела, когда женщины пришли в тюрьму, им сказали: «Заберите тела». Но на вопрос, где они лежат, им ответили: «Не знаем, вас много». Расспрашивать они не могли, так и уехали. Нина Борисовна, бабушка Ольги, поселилась в подмосковном городе Пушкине, потом переехала в Москву, а другая, Татьяна Борисовна Кун, – в Ивановскую область, Кинешемский район, недалеко от Наволок в село Есиплево. Там располагался конный завод или госконюшня, где она работала главным бухгалтером.
     Детство Ольги Борисовны проходило летом на Волге, у двоюродной бабушки среди лошадей. Её ребенком родители довозили до Волги, переправляли на пароме в Есиплево и отдавали бабушке, которая встречала внучку на запряженной лошади, и девочку везли к дому. Расстрелянный муж Татьяны Борисовны, Котляревский Владимир Аполлонович, был обвинен в том, что он дворянин, офицер, православный.
 Передо мною две старые фотографии: с обеих глядят на меня глаза красивых, умных, спокойных людей, у которых совесть перед Богом и ближними чиста и которые, как зерна, упавшие в землю, умерли и проросли в жизнь вечную. А память о них сохранили для нас их потомки.
                                                                             Монахиня Афанасия (Васильева)