суббота, 20 августа 2011 г.

Священномученик Августин (Беляев) (1886-1937 гг.) Архиепископ Калужский и Боровский

       Священномученик Августин, в миру Александр Александрович Беляев, родился 28 февраля 1886 г. в с. Каменники Юрьевецкого уезда Костромской губернии в семье протоиерея Александра и его супруги Евдокии. У них было пятеро детей, и Александр был самым младшим. С детства в нем обнаружился глубокий, благочестивый настрой и проявилась искренняя любовь к храму. Владыка впоследствии рассказывал, что когда ему было шесть лет, родители не взяли его на Пасхальную службу. Он убежал из дома и спрятался на хорах в храме и там за поздним часом уснул. После службы родители обнаружили, что сына нет дома. Когда Александр был еще подростком, в дом к родителям ходил странник, которого многие почитали за благочестивую и праведную жизнь и который не раз, обращаясь к мальчику, называл его архиереем.
        По окончании Кинешемского духовного училища Александр поступил в Костромскую Духовную семинарию, а затем – в Казанскую Духовную академию, по окончании которой в 1911 году был направлен преподавателем русского языка и литературы в Пензенское епархиальное женское училище. Впоследствии он преподавал в мужском учебном заведении г.Пензы.
    В 1913 году он женился на Юлии, ученице старшего класса епархиального училища и дочери священника Александра Евлампиевича Любимова. Перед венчанием Александр приехал домой к родителям, и его встретил тот же самый благочестивый странник и, приветствуя его, сказал:
    –Ну, здравствуй, Саша-архиерей.
    – Ну какой же я архиерей, у меня невеста, – ответил тот.
    – А все-таки архиерей! – не согласился с ним странник.
   
А.А. Беляев. 1913 год.
        Начались гонения на Русскую Православную Церковь. Александр Александрович стал старостой в храме, явившись неустрашимым защитни­ком православия против раскольников, организовавших в Пензе так назы­ваемую «народную церковь», которую возглавил лишенный архиерейского сана Владимир Путята. За свою активную церковную деятельность Алек­сандр Беляев в 1920 году был арестован ЧК г.Пензы, проведя в тюремном заключении полтора месяца.
       22 июня 1920 г. скончалась от скоротечной чахотки его жена, и он остался один с двумя сиротами – шести лет и младенцем девяти месяцев от роду, которых ему помогала воспитывать няня Анисия Ефимовна – неграмотная, но глубоко верующая женщина.
       28 августа 1920 г. Александр Александрович был рукоположен в сан священника. В 1922 году Пензенская ЧК снова арестовала его, продержав в заключении около трех месяцев. Выйдя из тюрьмы, он с детьми переехал на родину в г.Кинешму, где стал служить в одном из городских храмов. Его самоотверженное, подвижническое пастырское служение вскоре сделали его известным не только среди православных Кинешмы, но и во всей Иваново-Вознесенской епархии. Верующие полюбили пастыря, который откликался на всякую просьбу о помощи. Было видно, что, несмотря на свое затруднительное семейное положение, он всего себя отдал на служение Богу и Его святой Церкви. Вскоре отец Александр был возведен в сан протоиерея.

Владыка Августин с дочерями
      В 1922 году возникло обновленческое движение, которое в 1923 году достигло большого размаха. Благодаря поддержке безбожной власти, большинство храмов в Иваново-Вознесенске были захвачены обнов­ленцами. Епископ Иваново-Вознесенский Иерофей (Померанцев) отпал в обновленчество, а викарный епископ Кинешемский Василий (Преобра­женский) был арестован властями.
      14 сентября 1923 г. в Покровском ка­федральном соборе Иваново-Вознесенска состоялось собрание представи­телей одиннадцати православных религиозных общин города, съехавшихся для обсуждения вопроса о приглашении православного епископа на сво­бодную архиерейскую кафедру. Собранием единогласно был избран протоиерей Александр Беляев. В ходатай­стве собрания Патриарху писалось: «Просим Ваше Святейшество благословить наше общенародное избрание протоиерея Александра Беляева во епископа города Иваново-Вознесенска и совершить над сим народным избранником хи­ротонию во епископа». 17 сентября Патриарх Тихон постановил: «Ввиду явного уклонения в раскол Иваново-Вознесенского епископа Иерофея, считать кафедру города Иваново-Вознесенска свободной; назначить на нее протоиерея Александра Беляева». 21 сентября 1923 года протоиерей Александр по пострижении в монашество с именем Августин был хиротонисан во епископа Иваново-Вознесенского.
      Прибыв в Иваново, владыка ревностно принялся за исполнение архи­ерейских обязанностей. Он часто служил и за каждой литургией после чтения Евангелия произносил вдохновенное слово. Православные в Иваново полюбили архиерея. Перед богослужениями и после них его встречали и провожали толпы верующих. Его богослужения привлекали к себе сосре­доточенностью и духовным миром. После литургии владыка не спеша благословлял всех подходивших к нему.
      В Иваново в доме вместе с епископом жил его келейник, иподиакон Борис Семенов, и няня Анисия Ефимовна с двумя дочерьми владыки. Любовь, смирение, терпение и милосердие к ближнему – всеми этими качествами обладал владыка Августин. Имея высокий сан, он смирялся перед каждым, даже перед нищим. Имея возможность, даже в те годы, как-то устроить свою жизнь материально, он не имел ничего, кроме одежды на себе. Он был монах от первых дней пострига и смиренно нес крест постоянных скитаний по тюрьмам и ссылкам. На соболезнование близких о его скорбной участи он всегда спокойно и благодушно отвечал: «Что же тут удивительного, это наш путь. Господь об этом предупреждал, а иначе никогда не будешь со Христом».
      Перед монашеским постригом и рукоположением в сан архиерея близкие уговаривали его подождать до того времени, пока дети не станут материально и морально самостоятельными, но он был на этот счет иного мнения и говорил, что они – сироты и он даже спешит, устраняя всякие колебания из своей души, вручить их именно сейчас попечению Божией Матери, чтобы тем самым сделать их положение наиболее прочным, так как уверен, что при таком высшем покровительстве они никогда и ни в чем не будут нуждаться. Эта его несомненная вера оправдалась впоследствии вполне. Дочери владыки Августина, хотя и редко видели отца, никогда и ни в чем не нуждались – ни материально, ни морально. Его молитвы, напутствия, наставления и письма – были главным воспитывающим руководством. И даже безбожная окружающая среда, с которой они столкнулись впоследствии, не могла подорвать благодатного влияния отца.
      Для верующих вдохновенное служение преосвященного Августина всегда было событием незабываемым. Он любил уставное богослужение, лю­бил благоговейное неспешное пение и чтение, чуждое духа театральности. Сельские храмы Ивановской епархии, когда в них служил владыка, были всегда полны молящихся. Если он шел домой пешком, то кроме келейника его сопровождала целая толпа детей. Летом все они шли с цветами, которые владыка раздавал им из своего букета. Иногда детей звали к владыке во двор или в дом и наделяли тем, что было принесено епископу посетителями. Верующие приносили обычно что-нибудь для детей владыки, но он все это раздавал по дороге, кроме одного-двух яблок или какого-нибудь свертка, предусмотрительно убранного келейником. Посетители приходили к владыке со своими нуждами, горестями и печалями, а выходили утешенными, с узелком для детей, для больного или для старого. 
Бутырская тюрьма г. Москвы. 1926 г.
       15 февраля 1924 г. власти арестовали епископа Августина, и он был заключен в городскую тюрьму Иванова. Его обвинили в нарушении законода­тельства об отделении Церкви от государства, сопротивлению законам советской власти. Законным власти считали обновленчество, и потому объединение вокруг епископа Августина большинства православных, покаяние обновленческих священников и возвращение храмов, занятых обновленцами, в Православную Церковь было в их глазах незаконным. Однако 8 августа 1924 г. Коллегия ОГПУ рассмотрела «дело» епископа и постановила его освободить, а само дело прекратить.
      В 1925 году умер Патриарх Тихон. Преосвященный Августин был на погребении Святейшего и принимал участие в избрании Местоблюстителем митрополита Петра в соответствии с завещательными распоряжениями Патриарха. Из Москвы епископ Августин вернулся в Иваново, но местные власти всячески препятствовали его служению и потребовали, чтобы он покинул город. С середины 1925 г. ему пришлось жить в Москве и в Кинешме, приезжая в Иваново лишь для совершения богослужений, когда в связи с большими церковными праздниками православным удавалось добиться разрешения на приезд епископа в город. В Москве владыка служил в храме апостолов Петра и Павла на Преображенской площади, а жил в подвальном помещении под церковью Архангела Михаила на Пироговской улице. За время его служения в Москве у него появилось много духовных детей – люди чувствовали высокий духовный настрой епископа, его беззаветную преданность Богу и шли к нему за духовной помощью и советом.
      Православные в Иванове стали добиваться возвращения своего архиерея в город. Было собрано множество подписей верующих, в основном рабочих, которые отправили с документами своих пред­ставителей во ВЦИК к Калинину. Им удалось добиться отмены незаконного решения о высылке епископа Августина и владыка вернулся в Иваново.
      Положение православных в те годы было тяжелым: власти преследо­вали их арестами, взимали с них огромные налоги, принуждали работать в двунадесятые праздники и в воскресные дни. Работницы ивановских ткацких фабрик и крестьяне спрашивали епископа, как им поступать, ведь работать в эти дни грех. Владыка ответил на этот вопрос в проповеди, пересказав им рассказ одного из русских писателей о злом и жадном помещике, который заставлял крестьян работать на себя всю неделю, оставляя им возможность работать на своем поле лишь в праздники. И крестьянам приходилось пахать даже на Пасху. Они ставили зажженную свечу на свой плуг и, идя за ним, пели пасхальные песнопения. «Да, бывает, что мы всего оказываемся лишены, даже церковного богослужения, но веры и нашего внутреннего благочестия, нашей свободы во Христе нас не может лишить никто», – заключил епископ Августин свое слово.
      Почти ежедневные проповеди, все возрастающая известность архиерея, любовь к нему ивановской паствы, а также почти полное поражение об­новленцев в Иванове приводили в ярость местных безбожников, и 1 сентября 1926 г. начальник Ивановского ОГПУ отправил донесение начальнику 6-го секретного отдела ОГПУ Тучкову в Москву, потребовав от московских властей разрешения на высылку епископа Августина за пределы Ивановской области. 8 сентября 1926 г. Тучков распорядился арестовать епископа и под конвоем доставить в Москву. 9 октября епископ Августин был арестован и заключен в Бутырскую тюрьму в Москве. 22 октября 1926 г. Особое Совещание при Коллегии ОГПУ приго­ворило епископа к трем годам ссылки в Среднюю Азию.
      Сразу же после ареста епископа Августина верующие Иванова стали собирать подписи среди рабочих города под прошением о его освобождении. Но на этот раз власти не пошли на уступки. Когда владыка был выслан, верующие сделали сбор денежных средств для епископа и для находившегося в тех же местах ссыльного духовенства. Средства собирались во всех православных храмах города Иваново. В ответ на это власти арестовали всех организаторов сбора подписей и сбора средств – все они были осуждены на различные сроки за организацию «несанкционированного властями Красного Креста», – как писалось в обвинительном заключении. Сначала епископ был сослан в город Ходжент, а затем в Педжикент, где он пробыл до марта 1930 г. Сюда к нему приехал его келейник и иподиакон Борис Семенов. Здесь владыка в комнате, которую снимал, устроил домашнюю церковь. Из ссылки он писал письма духовным детям; их читали не только те, кому были непосредственно адресованы, но и все духовные чада владыки, находя в этих письмах утешение и поддержку.
    В письме своим духовным чадам-подросткам преосвященный Августин писал: «Родные деточ­ки мои о Господе. Весьма радуюсь вашим учебным успехам, но скорблю, что в такой тесноте ваша религиозная совесть, вам уже заметили, что ношение креста позорит науку. Вот это характерно очень, ведь крест – символ терпения, самоограничения, которые необходимы для тех, кто встал на путь борьбы со всякой подлостью, живущей в человеке и в человечестве. Как же поэтому возражать против крестоношения. Веруешь ли в Бога? На этот вопрос можно было бы ответить вопрошающему, что, согласно нашей конституции, вопрос этот – лично мой вопрос, и открываться в нем перед кем угодно вещь не обязательная. Думается, что это самый меньший компромисс, который мог бы немного быть оправдан в христианстве... Если скоро прибегнете к покаянию и не убедите совесть грызущую, то не впадете в грех отрицания Бога, а если усыпите совесть, помиритесь с услаждающим вас пороком, то обязательно впадете в большой грех... Блюдите же чистоту одежды своей души...»

Сызрань. Начало 30-х годов.
     После окончания трех лет ссылки Особое Совещание ОГПУ 14 октября 1929 г. постановило: запретить преосвященному Августину в течение трех лет проживание в шести крупных городах, а также в Ивановской области, с прикреплением на эти три года к постоянному месту жительства для удобства за ним надзора ОГПУ. Митрополит Сергий (Страгородский) назначил епископа Августина на Алма-Атинскую кафедру, но местные власти запретили вла­дыке жить в Алма-Ате, и владыка был направлен на кафедру в г. Сызрань, куда прибыл в апреле 1930 г. Здесь владыка снял часть дома и к нему приехал его келейник Борис Семенов, которого он рукоположил во диакона. В Сызрани владыка пользовался огромным авторитетом среди верующих и объединил вокруг себя все духовенство, явившись для всех и заботливым отцом, и мудрым руководителем. Это не понравилось местной власти, и она стала искать повод для ареста архиерея. Меньше года прослужил преосвященный Августин в Сызрани и 21 февраля 1931 г. ОГПУ арестовало его и с ним шестнадцать священников, одного монаха и тридцать девять мирян, в их числе старост и членов церковных двадцаток. Всех обвинили в том, будто бы они вели борьбу против мероприятий советской власти, и в особенности против колхозного строительства и ликвидации кулачества как класса, организовали помощь находящимся в ссылке верующим под лозунгом «помощи мученикам по­литического режима».
      Верующие узнали день отправки заключенных из города и заранее пришли на вокзал. Стояли морозы, но, несмотря на холод, все терпеливо ждали, когда приведут заключенных. Наконец среди ожидавших послышалось: «Ведут! Ведут!» Появилась охраняемая конвоем колонна заключенных. Впереди в рясе и с посохом в руке шел преосвященный Августин. Колонна остановилась около железнодорожных путей. Ее тут же окружили солдаты, так что подойти ближе и поговорить было нельзя. Одна из дочерей епископа сняла с шеи теплый шарф и упросила конвоира передать его архиерею. Поезд все не подавали, и заключенных ввели в помещение. Епископ оказался у окна, к которому подошли дети, и он им на стекле написал, чтобы они шли домой и не мерзли так долго.
      Преосвященный Августин был отправлен в концлагерь недалеко от станции Лодейное Поле Ленинградской области. Лагерь находился в глухом лесу, заключенные здесь занимались сбором смолы. Работа считалась легкой, но была установлена столь высокая норма, что далеко не все могли ее выполнить, а кто не выполнял, того лишали пайка. В концлагере владыка строго соблюдал все церковные посты и никогда не ел ничего мясного, отдавая его другим. Если бы не помощь духовных детей, владыка вряд ли смог пережить в столь суровых условиях весь срок заключения. Послушник епископа диакон Борис Семенов был отправлен в другой концлагерь, также недалеко от станции Лодейное Поле, и в заключении скончался.
      По окончании срока заключения, в 1934 году преосвященный Августин был назначен епископом Калужским и Боровским. Жил он в доме одного из калужских священников. Сюда к нему стали приезжать духовные дети из Москвы и нередко бывало, что в дом приходила милиция, чтобы проверить, нет ли в доме посторонних. Служил епископ в Калуге в храме великомученика и Победоносца Георгия. От дома до храма он всегда ходил пешком, в рясе и клобуке, с панагией на груди и с посохом в руке. Между тем это было время разгара гонений на Церковь, и зачастую прохожие смеялись над ним, отпуская ему вслед оскорбительные реплики. Но он шел и как будто не слышал их; когда же к нему подходил кто-нибудь из верующих под благословение, он всегда останавливался и не спеша благословлял.
    2 апреля 1936 года преосвященный Августин был возведен в сан архи­епископа. Осенью 1937 года среди духовенства, верующих и жителей г. Калуги начались аресты. Архиепископ Августин был уверен, что его непременно арестуют, и спокойно готовился к предстоящему аресту и грядущим страданиям. Пересматривал записи, письма, уничтожал все, что кому-либо могло повредить. Накануне праздника Рождества Богородицы, 20 сентября, ему пришла повестка с требованием явиться к городским властям. Время в этой повестке было проставлено столь позднее, что владыка понял, что его вызывают для ареста. Он благословил дочь и сказал: «Если тебе будут нужны деньги – молись преподобному Серафиму, он поможет тебе. Он всегда мне помогал».
      В ту же ночь в дом, где жил архиепископ, пришли сотрудники НКВД и забрали все его вещи: панагию, Евангелие, духовные книги, дикирий, трикирий и многое другое. После ареста владыка был сразу допрошен. И затем допросы продол­жались весь месяц.
      – Вы арестованы за активную контрреволюционную деятельность. Следствие требует от вас дать правдивые показания по этому вопросу, – заявил следователь.
      – Контрреволюционной деятельностью я не занимался и виновным себя не признаю.
      – Следствие располагает точными данными, что вы, Беляев, будучи враждебно настроены к существующему советскому строю, объединили вокруг себя контрреволюционно настроенное духовенство на борьбу с советской властью, признаете себя виновным в этом?
      – Контрреволюционно настроенного духовенства я не знаю, никого на борьбу с советской властью не призывал и виновным себя в этом не признаю.
      – Следствию достоверно известно, что вы... приехав в город Калугу в 1934 году... являлись руководителем церковно-монархической контрре­волюционной организации. Подтверждаете вы это?
      – Нет, не подтверждаю.
      – Ряд лиц, арестованных вместе с вами, признали себя членами церковно-монархической контрреволюционной организации и утвердительно показали, что вы являетесь организатором и руководителем контрреволюционной организации, членами которой они состоят. Что вы скажете на это?
      – Вновь утверждаю, что я в контрреволюционной организации не состоял и контрреволюционной деятельностью не занимался.
      – Вам зачитывается выдержка из показаний Ивана Алексеевича Остро­глазова от 9 октября 1937 года, где он признал себя членом контрреволюционной организации и показал, что вы, Беляев, являетесь организатором и руководителем данной контрреволюционной организации... Теперь вы признаете себя виновным?
      – Виновным в контрреволюционной деятельности я и теперь себя не признаю.
      Некоторые из арестованных были сломлены условиями тюремного заключения, некоторые поддались льстивым уговорам следователей и согласились стать лжесвидетелями и оговорить себя и других. Подписанные ими показания, «свидетельствующие» об антигосударственной деятельности архиепископа Августина, были ему затем предъявлены.
      – Контрреволюционной деятельностью я не занимался и виновным себя не признаю. Если мне будут еще устроены очные ставки, я и на них буду отрицать свою виновность, - ответил владыка.
      19 ноября 1937 года Тройка НКВД приговорила архиепископа Авгу­стина к расстрелу. 21 ноября дочь архиепископа Нину вызвали в НКВД и стали допрашивать, угрожая арестом. Следователи предполагали страданиями дочери сломить волю архипастыря и заставить его оговорить себя. Допрос длился долго, но ни к чему не привел. Заметив, что Нина увидела стоявший в углу посох владыки, следователь сказал: «Возьмите его, он ему больше не понадобится». Затем подписал пропуск на выход из здания НКВД и сказал, чтобы она принесла отцу чистое белье. На вопрос, что будет с владыкой, следователь ответил: «Подумайте лучше о себе, его вы больше не увидите».
      Вместе с архиепископом Августином были арестованы архимандрит Иоанникий (Дмитриев), протоиерей Иоанн Сперанский, псаломщики Алексей Горбачев, Николай Смирнов, Аполлон Бабичев, член церковного совета Михаил Арефьев, а также Феоктиста Ченцова, Анна Остроглазова и Ольга Масленникова. 10/23 ноября все они были расстреляны.

      Священномученик Августин (Беляев) причислен к лику святых новомучеников и исповедников Российских на Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в августе 2000 г. Память совершается 10/23 ноября ( день мученической кончины), а также в дни празднования Собора новомучеников и исповедников Российских и Собора Ивановских святых 7/ 20 июня.

Библиография
Дамаскин (Орловский), игумен. Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви ХХ cтолетия. Жизнеописания и материалы к ним. Тверь, 2001, книга 5, стр. 365, 390, 397-405.